Page 1

1    2

"ЛИНКОРЫ" КЛАССА ТРАЛЬЩИКОВ

        Утро 28 августа 1914 года 3-й дивизион тральщиков кайзеровского флота встретил обычной работой. Немцы старательно утюжили заданный район к западу от острова Гельголанд, проверяя, нет ли мин в маневренной зоне германского Флота открытого моря. И вдруг в редеющей полосе тумана показался сначала длинный серый силуэт четырехтрубного крейсера, а за ним - эсминцы: первый, второй... десятый... пятнадцатый...
        Это был авангард английских сил, вышедших в рейд к Гельголандской бухте - 3-я флотилия эсминцев во главе с крейсером «Аретьюза». Спустя несколько минут по немецким тральщикам был открыт ураганный огонь. Старые "миноловы", прослужившие по 20-30 лет, отступая, не могли развить ход более 15 узлов, поэтому дистанция быстро сократилась до 1000 м, шести- и четырехдюймовые снаряды градом сыпались вокруг головного тральщика - переоборудованного дивизионного миноносца D-8 и ближайшего к нему Т-34. С наблюдательного поста на острове Гельголанд насчитали свыше 800 взрывов около их бортов. Попаданий избежать было невозможно. Снаряд с крейсера пробил борт D-8 на уровне ватерлинии, прошел насквозь угольную яму и ударился в перегородку, отделяющую бункер от машинного отделения. Перегородка прогнулась, но выдержала. На мостике был убит командир и большинство офицеров; из перебитого главного паропровода вырывался горячий пар, механизмы были изрешечены осколками; но... тральщик продолжал уходить от противника, непрерывно стреляя из своих трех 50-мм пушек. Лишь после того, как подоспевший к месту боя немецкий крейсер "Фрауэнлоб" прикрыл дивизион от огня, D-8 остановился. За 40 минут сражения ни один из находившихся в совершенно безнадежном положении маленьких кораблей не был потоплен, хотя D-8 и Т-34 пришлось увести на буксире.
        Так закончилось первое из многочисленных боевых столкновений, в которых пришлось принять участие немецким тральщикам в годы обеих мировых войн. И результаты его нельзя назвать случайными: при создании кораблей этого класса немцы придавали существеннейшее значение их живучести.
        К началу первой мировой войны тральные силы Германии были подготовлены куда лучше, чем у держав Антанты. В строю, правда, не было ни одного корабля специальной постройки, но имелось три флотилии старых миноносцев типа Т-11 (85 т, скорость с тралом 15 узлов) и Т-43 (1 25 т, 18 узлов), вооруженных одной 50-мм пушкой. Во главе флотилий стояли 330-тонные миноносцы D-3, D-4, D-7, D-8 и D-9, имевшие чуть больший ход и вооруженные тремя орудиями такого же калибра. Они добросовестно прослужили почти всю войну; 17 из них погибли на минах и в сражениях.
        Однако немцам, как и их противникам, вскоре стало ясно, что минная война принимает неожиданно широкие масштабы и без кораблей специальной постройки им не обойтись. Проект "искателя мин" разработали очень быстро, и уже в 1914 году в строй стали вступать первые из 26  450-тонных кораблей серии М-1. Несмотря на относительно небольшие размеры, они оказались вполне мореходными, а максимальная скорость, равная 16 узлам, при постановке трала уменьшалась всего на 3 узла. Двухвальная установка обеспечивала хорошую маневренность. Все 176 заказанных тральщиков специальной постройки были близки по внешнему виду и характеристикам; ряд изменений в проектах 1915 и 1916 годов учитывали накапливающийся боевой опыт. Так, начиная с М-27 оба котла устанавливались в отдельных отсеках, что увеличивало живучесть двигательной установки. Выполнялись и требования руководства флотом: если первые корабли имели по два 88-мм орудия, то серия М-27 получила уже три таких пушки, а начиная с М-84 стандартным вооружением стали две стопятимиллиметровки, стрелявшие снарядами весом по 17 кг. Теперь они вполне могли вступать в бой с английскими эсминцами (имевшими на вооружении две-три 102-мм пушки с 11-килограммовыми снарядами), став своего рода "линкорами" среди малых и вспомогательных судов. Все немецкие тральщики серий 1915 и 1916 годов могли использоваться и для минных постановок, принимая на борт до 30 мин.
Большой тральщик М-45, Германия, 1916 г.
Водоизмещение нормальное - 513 т, мощность машинной установки - 1800 л. с., скорость хода-16.3 узла. Длина наибольшая - 58,3 м, ширина - 7.33 м. среднее углубление - 2.25 м.
Вооружение: три 88-м м орудия. Всего заказано 119 единиц, из которых до окончания первой мировой войны вступили в строй 92.
        В общем, проект оказался удачным, а сами корабли - прочными и надежными, что и отразилось на их последующей судьбе. После поражения Германии все классы ее боевых кораблей были уничтожены практически полностью, но тральный флот уцелел: немцев обязали очистить от собственных заграждений обширные районы Северного и Балтийского морей. Правда, в составе "рейхсмарине" - куцего флота Веймарской Германии - осталось лишь 37 кораблей типа М. Остальные в начале 20-х годов продали различным малым странам и частным фирмам. Так, М-68 стал латвийским сторожевым кораблем "Вирсайтис", а М-59, купленный вначале за мизерную по тем временам сумму в 1 млн. марок частными лицами, в 1927 году попал в Литву, получив название "Президент А. Сметона" и исполняя универсальную роль единственного крупного корабля литовского флота и президентской яхты. Оба они в 1940 году вошли в состав ВМФ СССР; Т-297 (бывший "Вирсайтис") участвовал в обороне Ханко и погиб на мине, а "Коралл", как стал именоваться в конце концов литовский корабль, дослужил до середины 50-х годов. Еще один бывший тральщик, М-105, также получил высокий статус президентской яхты "Голондрина" в Аргентине.
        Но наиболее удивительные судьбы ждали те немецкие "миноловы", которые оказались в руках частных фирм. Крепкие и универсальные корабли стали предметом неоднократных перепродаж и спекуляций. Так, бывший М-147 переменил 9 названий и 11 хозяев из самых разных стран, от Мексики до Таити, и закончил свою карьеру в 1966 году, затонув в шторм в Калифорнийском заливе под флагом маленькой мексиканской компании. М-151 под вполне интернациональным и, видимо, поэтому стабильным названием "Космос" успел побывать почти у всех "банановых республик": Никарагуа, Гондураса, Панамы и Коста-Рики, пока не попал в более солидную Мексику, став "Президенте Мадеро". Он также дожил до "глубокой старости" и, вернувшись в Коста-Рику, затонул в 1964 году.

Next page
Back