Page 1

1    2

ГИБРИД КАНОНЕРКИ И МОНИТОРА

        18 июня 1892 года на Балтийском судостроительном и механическом заводе в Петербурге состоялось двойное торжество. В этот день сошел на воду броненосный крейсер "Рюрик" и на освободившемся стапеле был заложен броненосец береговой обороны "Адмирал Ушаков". Спустя шестнадцать месяцев сотни гостей, приглашенных на церемонию спуска нового корабля, собрались в эллинге вокруг стапеля. Корпус броненосца стоял кормою к Неве, почти касаясь носом крыши эллинга. Публика с нетерпением ждала начала торжества, и вот решительный момент настал - прозвучало приказание приготовиться к спуску...     "
        "Застучали топоры, около огромных подпорок закопошились, точно муравьи, рабочие, - писал один из очевидцев церемонии. - Прошло несколько минут напряженного ожидания. Вот колосс подался вперед, еще миг, и он плавно пошел по белевшим салом полозьям и под громовые крики "ура", вспенив зеркальную поверхность Невы, погрузился в родную стихию. На броненосце подняли флаги кормовой и гюйс, посреди развевался императорский штандарт. Дойдя до середины реки, броненосец бросил якорь, повернув нос к взморью". Так с одного и того же стапеля сошли один за другим с разрывом в шестнадцать месяцев два корабля, которым суждено было героически погибнуть в сражениях русско-японской войны и занять славное место в истории отечественного флота.
        Начало 80-х годов прошлого столетия ознаменовалось изменением политической обстановки на Балтике. Враждебная позиция, занятая Германией и Австро-Венгрией на берлинском конгрессе 1878 года, лишила Россию плодов ее победы в русско-турецкой войне. В ответ на это правительство Александра III отказалось продлить союзный договор с этими государствами и стало рассматривать их как возможных противников России. Такая резкая перемена отношений напугала Германию, и тогдашний морской министр Каприви, опасаясь нападения русского флота на немецкое побережье едва ли не со дня на день, решил усилить флот береговой обороны новыми кораблями. В конце 80-х годов в дополнение к броненосным лодкам (о них рассказано в № 4 за 1984 год) немцы заложили большую серию броненосцев береговой обороны из восьми кораблей типа "Зигфрид": "Зигфрид", "Беовульф", "Фритьоф", "Гильдебранд" , "Геймдаль", "Хаген", "Один" и "Эгер". При водоизмещении 3500-3600 т они были вооружены тремя 240-мм орудиями и обладали высотой борта, достаточной для плаваний на Балтийском море.
Броненосец береговой обороны "Гильдебранд", Германия, 1892 г.
Водоизмещение 4100 т, мощность паровых машин тройного расширения 5500 л. с., скорость хода -14,5 узла. Длина   между   перпендикулярами 81,3 м, ширина 14,9, среднее углубление 5,35 м. Бронирование:  пояс 70-95 мм, башни 50 - 77,5, палуба 12,5 - 20 мм.
Вооружение: 3- 240-мм орудия, 10-88-мм пушек, 6 - 37-мм автоматических пушек, 4 пулемета, 1 надводный и 3 подводных торпедных аппарата. Всего построено 8 единиц.
        От внимания русского правительства не укрылся факт усиления немецкого флота, и в 1881 году Особое совещание выработало программу судостроения на 20 лет, согласно которой русский Балтийский флот должен был первенствовать на этом театре. Во исполнение программы на  петербургских верфях заложили в 1892-1894 годах три новых броненосца береговой обороны: "Адмирал Ушаков", "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин".
Броненосец   береговой обороны "Адмирал Ушаков". Россия, 1893 г.
Заложен 18 июня 1892 года в Петербурге на Балтийском заводе. Спущен на воду 23 октября 1893-го. Вступил в строй в 1896 м. Водоизмещение 4648 т, мощность двух паровых машин тройного расширения 5769 л. с., скорость хода 16,1 узла. Длина наибольшая 84,6 м. ширина 15,9, среднее углубление 5,2 м. Бронирование: пояс 152 - 254 мм. башни 203, палуба 38 - 63, боевая рубка 203 мм. Вооружение: 4 - 254-мм орудия, 4 - 120-мм, 6 - 47-мм, 18 - 37-мм пушек, 2 десантные пушки, 4 торпедных аппарата. Всего построено три: "Адмирал Ушаков". "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин".
        По замыслу, эти корабли, не уступавшие немецким броненосцам береговой обороны ни в скорости, ни в мореходности, должны были господствовать на Балтике. Но, к сожалению, на них установили 254-мм орудия так называемой "неудачной серии выделки". Правда, они были признаны пригодными для прибрежных операций, но судьба рассудила иначе, и русским броненосцам пришлось сражаться у чужих берегов...
        После того как в декабре 1904 года пал Порт-Артур, положение 2-й Тихоокеанской эскадры, которая к этому времени достигла Мадагаскара, стало критическим. Понимая, что дальнейшее движение к Владивостоку равносильно самоубийству, адмирал   Рождественский задерживал выход эскадры из мадагаскарских вод, надеясь, что царское правительство отменит обреченный на неудачу поход. Но у правителей России не нашлось мужества остановить преступную авантюру: вместо отмены похода они решили... "усилить эскадру Рождественского". В январе 1905 года отряд кораблей, в состав которого входил устаревший броненосец "Император Николай I", а также три балтийских броненосца береговой обороны, под командованием адмирала Небогатова вышел в море, обогнул Европу, прошел Суэцкий канал и пересек Индийский океан. Утром 27 апреля разведчики 2-й эскадры обнаружили дымы небогатовского отряда...
        "В 30 милях от Куа-Бе в прекрасный тихий и солнечный день около 2 часов дня сошлись обе эскадры, - вспоминал участник похода В. П. Костенко. - У Небогатова - пять боевых кораблей и семь транспортов. "Николай I" под флагом Небогатова сошелся с "Суворовым" и прошел вдоль всей нашей колонны. "Суворов" поднял сигнал: "Добро пожаловать. Благодарю за блестящий переход". Момент был исключительно торжественный. На кораблях 2-й эскадры гремели оркестры. "Донской" послал команду по реям, как "в добрые старые времена" парусного флота. От "Николая" отвалил катер с Небогатовым к "Суворову". И здесь, в водах южной части Тихого океана, на глазах у всей эскадры расцеловались два русских адмирала".
        Для участников похода эта встреча вдали от родных берегов была последним радостным событием. Ровно через семнадцать дней многие из них погибли в грандиозном сражении у острова Цусима. И в этом бою неувядаемой славой покрыл себя экипаж броненосца береговой обороны "Адмирал Ушаков" во главе со своим командиром капитаном 1 ранга В. Н. Миклухо-Маклаем - родным братом знаменитого путешественника...
        Утром 14 мая балтийские броненосцы береговой обороны, действуя в составе 3-го броненосного отряда эскадры, замыкали колонну русских кораблей: за флагманом отряда "Императором Николаем I" следовали "Генерал-адмирал Апраксин", "Адмирал Сенявин" и "Адмирал Ушаков". И получилось так, что в момент завязки боя именно эти корабли оказались ближе всего к неприятелю. И именно они, приняв за сигнал случайный выстрел 152-мм пушки броненосца "Орел", в 11.15 первыми открыли огонь по японским крейсерам. Снаряды сразу легли хорошо, и наблюдатели увидели взрыв на  японском флагманском корабле. В ходе дневного боя эти броненосцы пострадали сравнительно мало: всю огневую мощь своих орудий японцы в этот день сосредоточили на наиболее сильных эскадренных броненосцах русской эскадры, шедших во главе колонны.
        С наступлением темноты японцы прекратили артиллерийский бой, и на обескровленную русскую эскадру, лишившуюся самых лучших кораблей, ринулись с разных направлений вражеские миноносцы. Светлые иглы прожекторов пронзали ночную тьму, сверкали выстрелы, гремели взрывы.
        Атаки прекратились около полуночи, и когда при свете луны русские корабли обменялись сигналами, выяснилось, что от некогда грозной эскадры осталось всего пять кораблей: "Император Николай I", "Орел", "Изумруд", "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин". Остальные рассеялись во время ночных атак, отбились от колонны или стали жертвами вражеских миноносцев. В числе отбившихся кораблей оказался и "Адмирал Ушаков".
        Из-за повреждений, полученных в ходе дневного боя, броненосец был вынужден снизить ход и не смог удержаться в колонне. Но, отстав от эскадры, он упорно продолжал идти на север, во Владивосток. Поначалу "Ушакову" везло: вражеские миноносцы не заметили его в ночной тьме, а на рассвете 15 мая он дважды удачно уклонился от встречи с вражескими кораблями, маячившими в отдалении. В 9.39, когда японская эскадра в полном составе окружила остатки русской колонны и пленила четыре броненосца - "Император Николай I", "Орел", "Генерал-адмирал Апраксин" и "Адмирал Сенявин", - "Ушаков" упорно продолжал идти на север. Но через пять часов он неожиданно обнаружил перед собой отряд вражеских кораблей, от которого немедленно отделились и устремились к русскому броненосцу крейсера "Ивате" и "Якумо". Приближаясь к "Ушакову", японцы начали поднимать флажный сигнал: "Советуем вам сдаться. Ваш флагман уже сдался". Но, разобрав первую часть сигнала, Миклухо-Маклай сказал: "Продолжения сигнала нам знать не нужно!" И тут же приказал открыть огонь.