Page 1

1    2

ОТ "ГАЗОЛИНОК" ДО СТОРОЖЕВЫХ КАТЕРОВ

        Заняв исходную позицию, миноноски устремились к почти неразличимым в ночи броненосцам. Но вдруг навстречу им ударили синие ослепительные лучи прожекторов. Заскользив по поверхности рейда, они выхватывали из ночной черноты то один, то другой атакующий корабль, но вопреки ожиданиям обнаружить их все разом оказалось не так-то просто: луч освещал одну-две миноноски, а остальные при этом как будто погружались в еще более глубокую тьму. Командиры необнаруженных кораблей, безошибочно определив местоположение броненосцев по их ярко сияющим прожекторам, дали полный ход и устремились вперед. И хотя у самых целей их встретили паровые шлюпки, атака достигла цели: матросы с миноносок забросали палубы броненосцев... резиновыми мячиками.
        Так в 1879 году проходили ночные маневры русского флота, на которых стоявшие на рейде Свеаборга броненосцы были атакованы двумя отрядами миноносок.
        Действия легких сил в шхерах всегда оставались в центре внимания русского, как, впрочем, и шведского флотов, на протяжении всего XIX веха, а проверка таких новинок, как паровые корабли, броня, скорострельная артиллерия, мины и торпеды, в условиях шхер входила в программы всех крупных маневров.
        "Ни один из русских театров не обладает таким богатым военно-историческим наследием, как театр финляндский", — писал в 1940 году известный морской историк Н. Озаровский. Проанализировав шестнадцать русско-шведских войн, он убедительно доказал, что , русские только тогда достигали успеха, когда действия сухопутной армии поддерживались сильным и хорошо подготовленным шхерным флотом.
        О ночных маневрах  1879 года и удачной "атаке" миноносок вспомнили лишь двадцать пять лет спустя. Острая нехватка миноносцев и контрминоносцев во время русско-японской войны заставила морское командование обратить внимание на корабельные паровые катера. Они успешно охраняли броненосцы и крейсера на рейдах, ходили в ближние дозоры, несли сторожевое охранение у входов в базы Порт-Артура и Владивостока. Однако и таких катеров было крайне мало, и морское министерство с интересом отнеслось к предложению американской фирмы "Флинт и К" поставить России так называемые "лодки рейдовой обороны" конструкции   инженера Л. Никсона. Русский морской агент в Вашингтоне обстоятельно изучил деревянный минный катер и дал ему хорошую оценку: два 300-сильных газолиновых двигателя корабля быстро запускались, легко обслуживались, были экономичными и мало дымили. Русский заказ загружал фирму "Флинт и К°" работой по крайней мере на полгода, лишая ее, к слову, возможности выполнить срочный японский заказ на двигатели для подводных лодок. Это обстоятельство оказалось решающим, и 19 августа 1904 года с фирмой "Флинт и К" был заключен контракт на поставку русскому флоту десяти катеров - миноносок Никсона, или, как их стали в России позднее называть, "газолинок".
Миноноска Никсона ("газолинка"), Россия, 1905 г.
Строились в США по русскому заказу фирмой "Флинт и К°". Доставлялись на пароходах в разобранном вида в Севастополь и собирались в Лазаревском адмиралтействе. Водоизмещение 35 т, суммарная мощность двух шестицилиндровых газолиновых двигателей 600 л. с., скорость хода 20 узлов. Длина наибольша 37,5, ширина 3,66, среднее углубление 1,22 м. Вооружение; 47-м пушка на прямой тумбе, поворотный торпедный аппарат фирмы "Нобель" под 450-мм торпеду катерного образца системы 1900 года, 1 прожектор. Первоначально на катере устанавливалось, два пулемета на треногах — один на правом борту позади боевой рубки и  на норме. Впоследствии на катере установили еще одну треногу, чтобы можно было перекосить пулемет на любой борт. Для питани компрессора,  водоотливной и пожарной помп  имелся вспомогательный двигатель мощностью в 6 л. с. Район плавания — 360 миль при скорости хода 20 узлов и 400 миль при скорости 15 узлов.
Боезапас для 47-мм пушек размещался в подводной части офицерского помещения в 12 железных ящиках, пулеметные ленты — в надводной части офицерского помещения (9 ящиков) и в рундуках кормового отделения (27 ящиков). Небольша высота позволяла подавать патроны и снаряды вручную.До 20 апреля 1906 года все десять миноносок входили в состав Черноморского флота, после чего были переброшены по железной дороге на Балтику для охраны шхеров, где до 1907 года числились сторожевыми катерами, потом миноносками. С началом первой мировой войны были перечислены в истребители и, несмотря на сильно изношенные механизмы, интенсивно использовались.
7 ноября 1917 года все миноноски перешли на сторону Советской власти. В 1913 году рассматривался вопрос о переводе их на Волгу, но этому помешал износ механизмов. С 1921 года миноноски хранились в Петроградском порту, через три года N 3, 8 и 20 были исключены из списков флота. В мае 1929 года посла расконсервации № 4 передали с состав учебного отряда морских сип Балтийского моря, а № б — в состав плавсредств ВВС Балтийского моря. Остальные катера в 1937 году были переоборудованы в малые охотники. 31 января 1940 года все они. кроме N 1, пошли на слом. № 1 всю Великую Отечественную войну нес службу малого охотника и был исключен из списков флота только в 1950 году.
        "Газолинки" вступили в строй после окончания русско-японской войны, когда острая необходимость в усилении обороны Владивостока и устья Амура отпала. Но как раз в это время Комитет прибрежной обороны в Петербурге выработал требования к шхерным миноносцам для Балтийского флота. Предназначенные для патрулирования Финского залива в условиях плохой видимости, эти корабли должны были обладать быстроходностью, иметь один поворотный торпедный аппарат и с учетом их плавания в шхерах углубление не более 1,8 м. И оказалось, что "газолинки" как нельзя лучше отвечают этим требованиям. 15 сентября 1905 года первый эшелон с катерами и мотористами отправился по железной дороге в Петербург, а через неделю все миноноски прибыли на место и вошли в состав восьмого флотского экипажа.
        Первый поход из Кронштадта в Биорке в июне 1906 года показал, что моторные миноноски превосходят паровые и в мореходности, и в скорости. 15 июня 1906 года "газолинки" выделили в особый отряд. Командование над первым в мире оперативным соединением торпедных катеров принял лейтенант С.Янович - один из пионеров отечественного подводного плавания. Ему в числе первых на Балтике довелось осваивать новое для экипажей искусство плавания и ведения боевых действий в шхерах. Искусство, пренебрежение которым дорого обошлось нашим морякам во время русско-японской воины...
        "Я не был никогда ни в Мазампо, ни в Чемульпо, ни в устье реки Ялу, ни в других местах Корейских шхер и до перехода на японском пароходе как военнопленный из Дальнего в Нагасаки не имел понятия об этих шхерах, - вспоминал командир "Ретвизана" Щенснович. - На эскадре ни за мое время, ни раньше, со времени занятия Порт-Артура, не было обращено внимание на изучение берегов. Как наиболее яркие примеры наших несчастий во время войны могу указать: гибель "Внимательного", "Внушительного", "Лейтенанта Буракова"  и неудачный поход миноносцев к группе Эллиот, не давший никаких результатов... Причина всему — наше незнание местности".
        После русско-японской войны стало популярным мнение, что шхеры "являются союзником слабых, но активных флотов против более сильных". Адмирал Эссен потребовал скорейшей выработки системы безопасного плавания в шхерах, которая позволила бы отказатьс от услуг финских лоцманов. Одновременно было принято решение о создании в Финском заливе хорошо организованной службы наблюдения и связи (СНИС). Чтобы наметить места наивыгоднейшей установки наблюдательных постов, весной 1903 года шхеры направили миноносец № 133 под командованием Г. Шевелева. Однако опыт первой кампании показал, что эту работу удобнее выполнять не с миноносца, а с катеров, поэтому осенью того же года заводу "Андре и Розенквист" в Або заказали шесть катеров длиной 7,65 м. Моторы в 5 л. с. позволяли этим суденышкам с хорошо защищенными от ударов о грунт винтами развивать скорость 6,25 узла. Однако по невыясненным причинам за несколько дней до их сдачи флоту на заводе случился пожар, и все катера, кроме одного, сгорели. Взамен их Розенкзист предложил более дорогие 8,25-метровые, с обшивкой из красного дерева и скоростью хода 7 узлов. Им было присвоено обозначение "А" с соответствующими порядковыми номерами (от А.1 до А.6), а заводу весной 1909 года был выдан заказ на шесть катеров серии "Б": при длине 12,5 м и осадке 1,07 они были снабжены мотором в 24 л. с. и развивали скорость 8,75 узла. Позднее фирма "Андре и Розенквист" использовала приобретенный опыт постройки при создании девяти  катеров-тральщиков типа "М. Т.", сданных флоту в июле 1917 года.

 Next page
Back