Rambler's Top100
Главная страница Оглавление

Корабли проходят испытания

А. И. Сорокин, В. Н. Краснов, 1982 год, издательство Судостроение

 

"Варяг" испытывается в Бостоне

 

Россия нередко прибегала к заказам на постройку военных кораблей зарубежным верфям. Еще в XVIII в. для русского флота было куплено пять линейных кораблей и 17 фрегатов, в XIX в. импорт военных кораблей возрос. Только в течение 1830-1840 гг. Россия купила у Англии 24 паровых судна. О наиболее значительном из них - пароходо-фрегате Владимир уже рассказывалось.

Первым паровым судном, купленным в США, был пароходо-фрегат Камчатка. Его заказали для Балтийского флота в 1839 г. Наблюдение за постройкой и испытаниями Камчатки было поручено офицеру русского флота И. И. Шанцу. Корабль был принят в хорошем состоянии и прослужил в составе флота почти 30 лет.

Для Черноморского флота в США в 1852 г. была куплена четырехпушечная винтовая шхуна Бомборы, а в Англии - буксирный пароход Дунай, который испытывался и принимался там капитан-лейтенантом Г. Бутаковым, впоследствии знаменитым флотоводцем.

Парусно-винтовые транспорты Японец и Манчжур, построенные в Бостоне, предназначались для службы на Амуре и Тихом океане. При водоизмещении 1380 т они были вооружены восьмью пушками по бортам и двумя орудиями на поворотных станках. Скорость транспортов под парами не превышала 8 уз, а под парусами- 11 уз. На палубе транспортов размещались барказы (один из них винтовой) для высадки людей на

берег.

Испытания транспортов проводились весной 1858 г. комиссией, возглавляемой капитан-лейтенантом П. Кроуном, русским морским агентом в США. В 1859 г., после получения на испытаниях данных, оговоренных контрактом, транспорты были отправлены в Николаевск-на-Амуре - главную базу Сибирской
флотилии.

В США строился и винтовой фрегат Генерал-адмирал. Испытаниями и приемкой фрегата руководил капитан 1-го ранга И. А. Шестаков, назначенный затем командиром этого корабля. Артиллерийское вооружение устанавливалось на корабль уже в России, куда фрегат прибыл в июне 1859 г. Срок службы Генерал-адмирала был недолгим, всего 10 лет.


На французском заводе "Форж и Шантье" (г. Тулон) в 1880-1881 гг. был построен крейсер Память Меркурия, на котором позже в Севастополе были испытаны впервые в русском флоте подводные траверзные торпедные аппараты.

Особенно много кораблей, в том числе крупных, заказала Россия за границей в преддверии войны с Японией. Царское правительство поставило задачу срочно усилить Сибирскую военную флотилию и в первую очередь Порт-Артурскую эскадру. В 1898 г. на американских верфях строились эскадренный броненосец Ретвизан и легендарный бронепалубный крейсер Варяг, ставший символом мужества и героизма русского флота за бессмертный подвиг на рейде Чемульпо. Для приемки и испытаний этих кораблей в США была послана комиссия, которую возглавил капитан 1-го ранга Э. Н. Щеснович.

Крейсер ВарягПервый выход в море Варяга на заводские испытания состоялся 16 мая 1900 г. Он оказался неудачным. Возвращаться в Филадельфию пришлось под одной левой машиной. На правой при скорости 21 уз вышел из строя мотылевый подшипник. Следующий выход в море прошел благополучно, что дало право американской верфи предъявить крейсер 10 июля к официальным сдаточным испытаниям.

Комиссия начала испытания с пробегов крейсера по мерной линии протяженностью 10 миль в районе Бостона. Была достигнута наибольшая скорость движения 24,6 уз. Но снова
произошла авария: лопнула крышка цилиндра левой машины. Два месяца потребовалось на замену цилиндра. Испытания были продолжены только в сентябре.

Дальность плавания крейсера определялась суточным пробегом с экономической скоростью 10 уз. По расходу угля и его запасам на корабле приемная комиссия убедилась, что
контрактная дальность плавания 5000 миль вполне обеспечивалась. Повторно была проверена  спецификационная скорость полного хода.

Комиссия Щесновича проявила большую требовательность при проверке Варяга. Отсеки корабля были проверены на водонепроницаемость, тщательно замерены параметры механизмов и вооружения. Судостроительному заводу "Крамп" были выданы сотни замечаний. Кроме того, приемной комиссии не
раз пришлось пресекать попытки сдатчиков скрыть брак. Так, в коллекторе одного из котлов была обнаружена искусно зачеканенная трещина. Часто выходили из строя динамо-машины, рулевое устройство, шлюпочные лебедки.

Из-за множества неисправностей и недоделок Варяг долго не мог отойти от стенки завода, несмотря на торопившие Щесновича телеграммы Главного морского штаба. На семь месяцев опоздали американцы со сдачей крейсера.

Аналогичная картина наблюдалась и при постройке Ретвизана. Заводские испытания броненосца проводились в августе-сентябре 1901 г. На официальные сдаточные испытания корабль смог выйти только в конце октября. В комиссию по приемке Ретвизана входил известный корабельный инженер П. Черниговский.

Первые результаты испытаний оказались неутешительными. "Легкое достижение 18-узловой скорости", как это обещалось в контракте, оказалось не под силу машинам даже при форсировании котлов заводской командой. С трудом удалось выжать 17,9 уз. Комиссия предъявила заводу столько замечаний, что устранить их удалось только к весне следующего года.

Ретвизан и на переходе в Россию не миновал аварий. При попытке развить полный ход при работе всех 24 котлов разорвало трубу в одном котле. При этом три кочегара получили смертельные ожоги.

С приходом в Россию на Ретвизане проводились дополнительные испытания артиллерии главного калибра залповой стрельбой при крене 8°. Проверялась прочность башен и корпуса. В испытаниях участвовал А. Н. Крылов. При выходе в море испытывались также устройство для перегрузки угля на ходу, гидравлический и электрический приводы руля. В Кронштадте на броненосец установили радиостанцию. К тому времени Крейсер Богатырьизобретение А. С. Попова уже получило большое распространение на флоте.

В период русско-японской войны Ретвизан, находясь в составе Порт-Артурской эскадры, вписал славную страницу в героическую летопись флота. За отвагу и мужество его командир капитан 1-го ранга Э. Н. Щеснович был удостоен георгиевского ордена, а 25 матросов команды - георгиевских крестов.

Несколько кораблей было построено для России в Германии, и в их числе крейсеры Богатырь, Аскольд, Новик.

В 1902 г. в Киле фирмой "Говальдтсверке" был построен корабль Океан, предназначенный для обучения машинных команд. Этому кораблю, получившему в 1922 г. имя Комсомолец,суждено было пройти большой и славный путь в советском
флоте. Тысячи советских моряков несли на нем первые курсантские вахты и среди них такие видные флотоводцы, как Адмирал флота Советского Союза С. Г. Горшков, адмирал флота Н. И. Смирнов, Адмирал флота Г. М. Егоров, адмирал флота В. А. Касатонов.

Во Франции под наблюдением корабельного инженера К. Боклевского строились эскадренный броненосец Цесаревич и головной бронепалубный крейсер Баян. В испытаниях Баяна участвовал А. Н. Крылов, специально приглашенный после обнаружения большой вибрации корпуса при первом выходе корабля в море на заводские испытания. А. Н. Крылов высоко оценил систему бортовых отделений на корабле, позволяющих

спрямлять крен до 15° и значительный дифферент затоплением междудонных и концевых отделений, не затопляя ни одного из отсеков трюма, чем-либо занятых.

На испытательных пробегах на мерной миле в октябре 1902 г. средняя скорость Баяна при осадке 6,5 м превысила 20,9 уз. В начале 1903 г. крейсер вышел в первое плавание, а через год был отмечен в числе отличившихся кораблей в ночь японского нападения на Порт-Артурскую эскадру.

За строительством броненосного крейсера Адмирал Макаров, заказанного во Франции сразу после русско-японской войны, вел наблюдение известный кораблестроитель подполковник В.В. Константинов. В ходе строительства и испытаний Константинов вместе с командиром корабля капитаном 1-го ранга
В. Ф. Пономаревым внес много усовершенствований в первоначальный проект корабля. Особенно это коснулось способа установки и конструкции водонепроницаемых переборок, а также якорного устройства. Крейсер Адмирал Макаров - активный участник первой мировой войны. Боевая служба крейсера закончилась в конце 1918 г., а в 1922 г. он был сдан на слом.

Броненосный крейсер Рюрик, построенный в 1907 г. на английской верфи, испытывался и принимался комиссией, в которую входил участник русско-японской войны, инженер-кораблестроитель поручик В. П. Костенко. Вместе с ним приемку Рюрика осуществлял один из конструкторов первой подводной лодки Дельфин И. С. Горюнов.

С большими затруднениями и задержками сдавалась фирмой "Виккерс" артиллерия крейсера. На первых стрельбах приемная комиссия выявила слабость подкреплений под башенные установки. Фирма усилила подкрепления, но повторную проверку их прочности не произвела. Русское Морское министерство "согласилось с предложением фирмы провести окончательные испытания корабельной артиллерии по приходе корабля в

Россию.

Летом 1908 г. Рюрик под командованием капитана 1-го ранга Н. О. Эссена прибыл в Кронштадт. Здесь для проведения артиллерийских стрельб была назначена новая комиссия под председательством А. Н. Крылова, бывшего в то время начальником кораблестроительного отдела Морского технического комитета. Как показали результаты стрельб, подкрепления оказались слабыми. При залповой стрельбе срезались заклепки, соединявшие кницы жесткого барабана с настилом палубы.

Представители фирмы снова подкрепили слабые места, но безрезультатно. Положенных по программе испытаний двенадцати залпов выполнить не удалось. Уже после восьмого залпа подкрепления начали сдавать. Появилась опасность отрыва основания башни от палубы. Англичанам пришлось вторично признать непригодность подбашенных фундаментов. Новый вариант крепления башен делался уже по русским чертежам, но за счет фирмы "Виккерс". Работы по переделке креплений возглавлял Костенко.

Окончательно крейсер Рюрик был принят в состав русского флота только в июле 1909 г., т. е. через год после ухода из Англии.

Перед комиссиями, направлявшимися за границу для приемки кораблей, стояла нелегкая задача. Из нежелания осложнять отношения со страной, в которой строился корабль, русское правительство проявляло снисходительность к зарубежным фирмам, прощало им штрафы за опоздания сдачи кораблей, а нередко и технические упущения. Морское министерство часто давало указания подписывать приемный акт по не вполне готовому кораблю, не прошедшему испытаний по положенной программе, с неустраненными конструктивными или технологическими дефектами. Приходилось доводить корабль до готовности уже в России.

Так, главный начальник флота генерал-адмирал великий князь Алексей Алексеевич санкционировал решение о замене заводом "Крамп" на броненосце Ретвизан и крейсере Варяг водотрубных котлов Бельвиля на огнетрубные котлы Николосса. Эта уступка дорого обошлась флоту. Огнетрубные котлы, выгодно продемонстрировавшие при проведении скоростных испытаний способность к форсированию, оказались исключительно ненадежными в эксплуатации.

Иногда инженеры, наблюдавшие за постройкой кораблей, слепо преклонялись перед авторитетом зарубежных кораблестроителей. Один из таких инженеров, следивший за постройкой броненосца Ретвизан в США, убедил Морской технический комитет в целесообразности принять предложение завода-изготовителя и выполнить расчеты не в соответствии с известным правилом П. Л. Чебышева для расчета элементов теоретического чертежа, а по методу английского инженера Симпсона.

Более того, после этого случая стало распространяться мнение об ошибочности и неприемлемости для кораблестроения правила, разработанного русским математиком. А. Н. Крылов блестяще доказал бесспорные целесообразность и преимущество правила Чебышева перед формулой Симпсона.

Оглавление

?
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru