Rambler's Top100
Главная страница Оглавление

На стапелях под огнем
Батальон задачу выполнил

Батальон задачу выполнил

А. Ф. КУЗЬМИН (1925-1983),
доброволец 265-го ОПАБа

Основу нашего батальона составляли судостроители с "Судомеха", студенты Института физкультуры им. Лесгафта, ЛИИЖТа и других организаций нашего района, а также учащиеся техникума физкультуры, ремесленного училища № 1, 10-й и 252-й средних школ.
Сохранились в памяти минуты прощания с Институтом им. Лесгафта, где формировался и проходил военное обучение наш батальон. Выстроившись, мы замерли в ожидании команды. Распахнулись железные ворота, и вдруг... Не военный марш и не походная песня, а задушевное танго "Мама" в исполнении Клавдии Шульженко полилось из распахнутого окна на четвертом этаже. Это девушки-студентки выставили на подоконнике патефон, чтобы проводить нас столь полюбившейся всем песней.
Гул шагов уходивших не смог заглушить эту песню, она запала в душу, звучала в ушах...
Еще совсем недавно мы сидели за партами ремесленного училища, стояли у станков и присматривались к стапелям, мечтая стать судостроителями. Только из нашего ремесленного ушли на фронт добровольцами более 250 учащихся, мастеров и преподавателей. Среди них мастера А. Я. Олейников, А. И. Прокофьев, С. М. Лисицин, П. О. Антонов и В. П. Смирнов (в критический момент он спас знамя батальона, тяжело раненный, вынес его с поля боя и сдал комиссару госпиталя).
38 мальчишек правдами и неправдами добились зачисления в армию и отправки на фронт. В этой группе находился и я со своим другом Павликом Филимоновым. Оба мы были зачислены в гарнизон большого дота, что находился за поселком Русско-Высоцкое, под Красным Селом. Гарнизон невелик - одиннадцать человек: командир старший лейтенант Лев Алейников, Павел Филимонов, Николай Вахрушев, Уткин, Алексей Капустин, пожилой боец Василий Иванович, которого мы прозвали Чапаем, я да еще четверо бойцов, фамилий их, к сожалению, не помню.
Как могли, благоустраивали свое фронтовое жилье, усиленно маскировали большой холм нашего дота, овладевали 76-мм пушкой и новым перископом (мы сами его устанавливали в доте).
7 сентября 1941 г. утром перед нашими дотами у Русско-Высоцкого появились фашистские танки. Их встретили огнем. Оставив на поле боя несколько подбитых машин, фашисты повернули обратно. А затем последовали артподготовка и бомбовые удары. А после короткой паузы опять поползли тяжелые танки, изрыгавшие огонь и смерть.
Ствол пушки накалился, а враг все лез и лез. И мы не прекращали огня ни на минуту. Бой шел уже больше часа, мы задыхались от пороховых газов. Гильзы забили весь каземат. Я дослал очередной снаряд в казенник. Вахрушев сделал выстрел.
- Молодцы, ребята! Еще одно попадание! - подбодрил нас Алейников, стоявший у перископа.
От прямого попадания в амбразуру железобетонный дот глухо загудел. Все мы оглохли от грохота разрывов.
Четыре дня 265-й ОПАБ вел смертельную схватку с врагом. На исходе 10 сентября враг прорвался в районе деревни Пеллы, в двух километрах от Русско-Высоцкого, на участке 2-й роты. Большинство гарнизонов дотов полностью погибло. Некоторые подорвали свои укрепления, подпустив немецкие танки и пехоту поближе. Геройски отдали на этом рубеже свои жизни за Родину Миша Корнев и Загур Гаглоев - каждый из них подбил по танку.
Командир батальона К. И. Рождественский и комиссар И. С. Нестеров были тяжело ранены. Командир 4-й роты И. Г. Трофимов и политрук 2-й роты С. М. Городецкий в тяжелом состоянии были отправлены в госпиталь. Только два дота (наш и соседний), оказавшиеся в окружении, продолжали вести огонь, не давая гитлеровцам продвигаться по Нарвскому (ныне Таллинскому) шоссе. Вечером 10 сентября мы в последний раз связались с командным пунктом роты.
- Держитесь изо всех сил!..- передали Алейникову по телефону. И связь оборвалась.
Командир отправил на КП посыльного - бойца Василия Ивановича. Однако он не вернулся, и мы остались в полном неведении о сложившейся на участке батальона обстановке. Связь оставалась только с дотом, расположенным впереди нас, слева от Нарвского шоссе. Утром 11 сентября Алейников увидел в перископ, что этот дот окружили фашисты. Вдруг ожил телефон:
- Братцы, дайте огня! Наша пушка выведена из строя. Бейте фашистских гадов!
Через несколько секунд наши снаряды стали рваться у окруженного дота.
Сидевший у перископа Алейников приказал Капустину выйти наружу, взобраться на купол и корректировать огонь, так как вражеский снаряд разбил перископ и наш дот "ослеп". Всего несколько выстрелов произвело орудие, но тут через перископную трубу донесся слабый голос Капустина, сообщившего, что он ранен.
А из соседнего дота снова требовали огня. Наверх отправился другой корректировщик. И его ранило.
- Товарищ старший лейтенант, разрешите мне,- попросил Павел Филимонов.
Вызвался и я пойти на купол, но Павел сказал, что мне и в доте дела хватит.
- Правильно, Филимонов, иди! - сказал Алейников.
Павел пробыл на куполе дольше других. С его помощью было рассеяно несколько вражеских групп, пытавшихся подойти к окруженному доту. Вскоре умолк и Павкин голос - Филимонов погиб, выручая боевых друзей...
Враг не переставал молотить снарядами по нашему доту. Оказывается, гитлеровцы выкатили орудие на прямую наводку. Мы не могли отвечать: вражеское орудие стояло вне сектора обстрела нашей пушки. И вот снаряд угодил в амбразуру, вывел наше орудие из строя.
На железобетонном куполе появлялось все больше отметин, но пробить его немцам не удавалось. Близко подходить к доту гитлеровцы не рисковали. Когда стемнело, Алейников вышел на разведку и установил, что они залегли у дота, правда, только со стороны амбразуры. Молча смотрели мы на командира. Алейников, взглянув на меня и Уткина, сказал:
- Надо пробраться к Телези, разыскать штаб батальона и доложить обо всем, что здесь произошло. Николай Вахрушев вызвался идти с нами, но Алейников ответил:
- Пойдут двое.- На минуту задумался, спросил:- Кто из вас моложе?
Выяснилось, что Уткин чуть старше восемнадцатилетнего Вахрушева.
- Самые молодые и пойдут!
Старший лейтенант протянул Вахрушеву карабин, а мне - противотанковую гранату. Спросил:
- Знаешь, что с ней делать?- и велел надеть каски.
В доте осталось семь человек, из них четверо раненых. Вооружение - два карабина, две противотанковые гранаты да наган командира. Было еще немного недострелянных бронебойных снарядов и несколько ящиков снарядов меньшего калибра для зенитной пушки позиции которой располагались возле дота.
Командир по-отцовски обнял нас и тихо открыл тяжелую бронированную дверь. Вспомнилось мне, как еще совсем недавно я разыскивал квартиру Льва Антоновича Алейникова на Большом проспекте Петроградской стороны, чтобы вручить пакет из штаба батальона.
Я увидел его тогда с дочуркой, которой только что исполнился год.
Уходя из дота, я был убежден, что мы с Вахрушевым получили важное задание. Теперь я не могу с полной уверенностью сказать, была ли в этом необходимость. Скорее всего Алейников решил дать возможность нам, самым молодым, остаться в живых...

Осенью 1944 г. я побывал на местах былых боев под Русско-Высоцким у нашего дота. Толстый железобетонный купол просел в нескольких местах. Похоже, что он был подорван изнутри.
Попытался пробраться в боевой отсек, но сделать это не удалось. Внутренняя деревянная обшивка вся выгорела. Из-под толщи железобетона кое-где торчали обугленные бревна. Наверно, гарнизон дота подвергся атаке огнеметного немецкого танка.

?
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru